Идеология 'Вечной весны'

московский клуб боевых искусств "Вин Чун" Ирина Пухаева, Михаил Севан, Юлия Скачевская Пространство клуба боевых искусств "Вин Чун", организованное с помощью традиционных восточных символов и образов

Дата публикации 01.07.2001

Фото: Евгений Лучин

Текст: Юлия Благова

Автор проекта: Ирина Пухаева
Михаил Севан
Юлия Скачевская

Журнал: N2 (58) 2002

Клуб боевых искусств "Вин Чун" находится в шумном центре (Москва, ул. Киевская, д. 2), однако не на виду: "просто так" не найдешь. Таким образом, местоположение клуба отражает одно из неписаных правил: в клуб, потенциально открытый для всех, придет не каждый, а тот, кому это действительно нужно, - ищущий. Работая над проектом "Вин Чун", архитекторам из "Бюро N 7" пришлось считаться с множеством тонких аспектов "идеологии" этого места. Архитекторы попали "в точку": выстроили пространство самодостаточное, сбалансированное и в прямом смысле действующее на подсознание - светом, звуком, фактурой декора, пола и стен. Действующее, однако, не настойчиво, не агрессивно. Словно обволакивая. Подобное решение интерьера замечательно вдвойне. Во-первых, потому что отвечает духу школы Вин Чун. "Вин Чун" в переводе с китайского - "Вечная весна". Это боевое искусство, относящееся к разряду так называемых внутренних стилей. По легенде, основательница Вин Чун - представительница слабого пола. Поэтому воинская система, которая по сути является целостной программой развития личности, исповедует "женские" принципы - уступчивость, мягкость, неагрессивность. Оборотная сторона мягкости - это не что иное, как молниеносная реакция, способность к стремительной контратаке. Во-вторых, даже безотносительно к той метафизической составляющей, которая интегрирована в пространство "Вин Чун", деликатность его интерьера - заслуга сознательной и, как оказалось, успешной стилевой стратегии. Задача оформления "под Восток" чревата всякого рода клише, принятыми меж устроителями китайских ресторанов, - яркие фонарики и ложные пагоды. Прямые цитаты "под Храм" в не меньшей степени способствуют соскальзыванию в стихию "псевдо". И архитекторы, и заказчики сошлись во мнениях на этот счет. Поэтому прямого цитирования решили избежать и создать среду, "работающую" на тонких аллюзиях, неявных ощущениях, образах. Концепцию пространства организует тема дороги. "Путь" отмечен символическими вехами-переходами. Он начинается с порога. По гранитной лестнице вверх - красная драпировка, которая создает ассоциацию с Драконом. Затем второй отрезок, "ведущий" в центральное помещение. Отсюда можно следовать в зал для занятий, гардероб или остаться, чтобы выпить чаю, созерцая аквариум, ростки бамбука, "Знак Луны" - абстрактную трехмерную инсталляцию. "Сердце" клуба - зал для занятий. Это - постмодернистская дань Шаолинь и одновременно культовой "Матрице". (Архитекторы "вспомнили" сцену тренировочных боев Нео.) Пространство отсечено от суетного внешнего мира, эстетика жестко сплавлена с функциональностью. Основные материалы - состаренные наливные полы с вплавленным металлом, тонированное дерево и патинированное железо - представлены в интерьере как символы различных стихий. Практически вся предметная среда - светильники, мебель, барная стойка, декоративная плитка - спроектирована самими архитекторами. Если облечь суть интерьера в словесную ткань, это будет выглядеть примерно так: "Здесь Ци беспрепятственно циркулирует, живет гармонично, приближая созерцателя места сего - к духу Дао".