Карим Рашид

SALON: Как изменился Ваш подход к дизайну?

-  Думаю, в самом начале своего пути я был скорее похож на свободного художника. Он может позволить себе гораздо больше эмоций и экспрессии, чем дизайнер. В его деле больше возможностей для са мовыражения. Дизайн - совсем другое дело. Нужно думать о реальных вещах - о функции, о компании, вместе с которой ты создаешь какой-то объект, нужно помнить о собственной культуре этой компании, ее бэкграунде. Так что если говорить о том, как я изменился, то, наверное, я стал лучше разбираться в реальных вещах. Я стал больше понимать культуру массового производства, бизнеса. Но глобально мой подход к дизайну изменился не сильно. Мой собственный язык эволюционировал, однако осталась одна фундаментальная идея: дизайн я считаю символом и маркером того времени, в котором мы сейчас живем. От этой идеи я никогда не отходил. Дизайн должен соответствовать актуальным технологиям и материалам.

S: Можно ли сказать, что какие-то одни материалы Вы предпочитаете другим?

-  У меня нет особых предпочтений. Я работал с сотнями видов пластика, со всеми видами стекла, текстиля. Все они современные. На верное, меньше всего я работал с камнем и деревом. Немногие об этом знают, но для компании RIVA 1920 я сделал скамью Forkola, которая входит в серию Le briccole di Venezia.

S: Какой смысл Вы вкладываете в понятие «современный дизайн»?

-  У слова «дизайн» очень размытый смысл, но уже в нем самом заложено понятие современности. Оно антонимично таким явлениям, как декорирование и стилизация. Если ты говоришь «дизайн», сразу понятно, что речь идет о вещах для настоящего, в которых прорисовываются очертания будущего. Поэтому cловосочетание «современный дизайн» - это что-то вроде оксюморона, поскольку любой настоящий дизайн - современный. Современные вещи - это те, которые разрабатываются с нуля, исходя из потребностей современного человека. Несовременные - это стилизация, копирование. Допустим, ко мне пришел человек и говорит, что хочет, чтобы я создал для него интерьер ресторана. Я делаю все с чистого листа, продумываю мельчайшие детали. Я спрашиваю, что за еда тут будет готовиться, какая кухня будет основной, узнаю, будет это фастфуд или уютное кафе, сколько столов нужно, сколько человек он собирается принимать, какой по размеру должна быть кухня. Исходя из всех этих посылок я формирую облик помещения. Но, если кто-то приходит ко мне и просит, чтобы ресторан выглядел как велопарк, это уже стилизация под велопарк, а не дизайн. Это декорирование.

S: К Вам, как к известному дизайнеру, наверняка обращались с просьбами сделать дизайн частного интерьера?

-  Это только для себя. У меня есть апартаменты в Майами, в Мехико, Нью-Йорке. Их интерьеры я разрабатывал самостоятельно. Хотя был один парень из Москвы, он хотел, чтобы я спроектировал для него что-то похожее на нью-йоркский лофт. Этот проект не был реализован: дело в том, что частные заказы не позволяют мне заниматься тем, чем я действительно хотел бы. Дизайн дома - это нечто очень личное, я не хочу работать в таком режиме - выбирать вместе с клиентом каждую тряпочку для его спальни. Поэтому я работаю только над коммерческими объектами.