Массимо Йоза Гини

SALON: Ваши первые проекты были футуристичными, авангардными. С годами Вы стали консервативнее?

 - В молодости мы все бунтари. Я вот бунтовал в 1980-е годы вместе с дизайн-группами Memphis и Bolidismo (которую сам же и организовал) и создавал промышленный дизайн будущего. Отчасти сказывалось то, что я учился на архитектора в Миланском политехническом институте, а преподавали там преимущественно постмодернистскую философию. Но жизнь идет, ты набираешься опыта и, отвечая на ваш вопрос, да, становишься консервативнее. Хотя дизайнеры из моего бюро (нас там 30 человек, считая меня) то и дело выдают мне авангардистские проекты со словами: «Надо бросать архитектуре вызов!» Так, на этой волне, мы сделали проект музея Ferrari в Маранелло и интерьер отеля New York Palace в Будапеште. Футуризм, кстати, возвращается.

S: То есть, получается, развитие дизайна идет по спирали: сегодня снова актуально то, что занимало умы вчера?

 - Ну, может быть, не так прямолинейно, но в общем и целом, конечно, нельзя отказаться от корней. У дизайна сегодняшнего дня было прошлое. Бессмысленно это отрицать и пытаться окончательно порвать с традицией. Прошлое все равно даст о себе знать.

S: Но ведь есть в современном дизайне что-то концептуально новое, какие-то достижения, отличающие именно наш век?

 - Да, люди наконец-то поняли, что убивают планету, и задумались. Дизайн стал «зеленым»: только экологичные материалы, эргономичные технологии, безотходная утилизация и так далее. Это ново, это правильно. В своих работах я придерживаюсь дружественной природе позиции. В целом пришло время вспомнить о глобальных ценностях.

S: О каких именно?

 - В последнее время меня заботит этическая роль дизайна. Нельзя все время гнаться за новизной. Новое не всегда значит лучшее. В современном дизайне технологические новинки хороши только на первом этапе, дальше же начинается бездушная, машинная штамповка. Это ужасно. Придумывая какой-то новый дизайнерский предмет, я стараюсь сделать его особенным. Он не должен быть кричащим, но должен выделяться. Безликие предметы делают интерьер скучным; более того, они приводят к серости мышления. Дизайн сродни художествам - живописи, скульптуре. Он призван порождать ту самую красоту, что спасет мир. Еще философы XVIII века отмечали взаимосвязь предметной среды и человека, влияние окружения на характер и образ мыслей людей. Если мы хотим видеть счастливое человечество, надо делать «счастливую» (в моем понимании это значит прежде всего красивую) мебель!