Энциклопедия дореволюционного обаяния

В силу свой специфики - существование между забытым хламом, который может никогда и никому не понадобиться, и антиквариатом, «Блошиный рынок» работает в жанре «малых форм»: посеребренных и потемневших от времени чайных ложечек, кружев ручной работы с благородной желтизной, начищенных до блеска бронзовых бра… И несмотря на то что в осенней выставке появилось немало предметов мебели и даже целый и целехонький французский гарнитур в стиле ар деко работы мастерской самого Эмиля-Жака Рюльмана, самые интересные находки все же обнаружились в «лавчонках», заваленных всякой старомодной утварью и приятными для глаза интерьерными безделушками. Датировались они, как правило, годами Belle époque и принадлежали либо к русскому провансу, либо к европейскому модерну, либо к чудесам советского промдизайна.

В одной только частной коллекции Татьяны Житловой и Виктории Клейменовой (стенд «Леди Blues») нашлось место и тончайшим французским кружевам шантильи, и ажурным наперсткам из шеффелдского серебра (Великобритания), и статуэткам из саксонского и стаффордширского фарфора. В коллекции латунных и бронзовых вещей из русской глубинки реставраторов отца и сына Коваленко неожиданным образом возникли (другого слова не подобрать, когда перед тобой сплошные блестящие поверхности) классическое бронзовое бра из эпохи сталинского ампира и смеситель из полированной бронзы 1880 годов с редким шарообразным центральным блоком. А на стенде «Всякой всячины» среди деревенских сундуков, самоваров и патефонов (последнее, к сожалению, новодел) вдруг вырос подлинный мужской дореволюционный манекен. Немного пикантности в стиле шинуазри привнесли тиковый резной бар («Антик Маркет») и настенные свитки и книги с графикой и каллиграфией полувековой и вековой давности из коллекции Александра Дубровина.

Самыми редкими достопримечательностями «Блохи», если не считать спецэкспозиции винтажной бижутерии Мириам Хаскель салона Brode (подробнее читайте в ближайших новостях), пожалуй, стоит засчитать литографию К. Беггрова по рисунку Сабатта 1830 года, два офорта Н. Гончаровой 1920 годов (салон «Старинные гравюры») и резную полку из цитадели русского модерна - абрамцевской мастерской, выполненную по эскизам Елены Поленовой (сестры художника) из частной коллекции «Русский проект».