Марк Боддингтон

Компаний, подобных этой, немного. До последнего времени SILVERLINING тоже старалась не афишировать свою деятельность - создание перфекционистской мебели по индивидуальным заказам для самых богатых людей планеты. А реклама этим людям не нужна. О мастерской SILVERLINING они узнают друг от друга. В прошлом году Марк приезжал в Россию, для того чтобы показать свою эксклюзивную мебель и принять участие в церемонии награждения Архитектурной Премии-2008. Приз от компании SILVERLINING достался художнику по интерьерам Марине Путиловской.

SALON: Не страшно Вам в России?

- С российскими клиентами мы работаем уже одиннадцатый год. Для них мы делали и делаем интерьеры в Лондоне, Женеве, Куршевеле, Санкт-Моритце. Так что Россия для нас - чрезвычайно важный рынок. Клиенты из России очень требовательны, но тем интереснее работать. Они очень ценят качество, с удовольствием покупают антиквариат, прислушиваются к нашим советам и с трепетом относятся к дерзкому, инновационному дизайну.

S: Что сейчас роскошь?

- Сегодня роскошью можно назвать то, что способно вызвать у человека живую эмоцию. Сделанный на заказ предмет роскоши может удаться лишь в том случае, если заказчик принимал непосредственное участие в его создании. Возьмем этот стол. Основание в виде полудуги выполнено из композитного материала, разработанного для аэрокосмической индустрии и использующегося и для производства болидов "Формулы-1". Он не реагирует на колебания лажности и на изменения температуры. Заказчик этого стола - настоящий фанат этой гоночной серии. Другой клиент пожелал: "Хочу, чтобы все было как в моем Rolls-Royce Phantom". В основе каждой вещи лежит целая история.

S: Вы совмещаете функции дизайнера и босса. Как Вам это удается?

- Когда бизнес только начинался, нас было двое. Сегодня компанией - и коллективом из 42 человек - управляю я один. Надеюсь, компания вырастет настолько, что я смогу отойти от непосредственного руководства и вернуться к тому, с чего начал, - к творчеству.

S: А почему Вы называетесь SILVERLINING? Почему именно серебро?

- Я использовал инкрустацию серебром в одном из своих первых проектов. Так родилось имя. Хотя сейчас мы используем и платину, и золото, и оленьи шкуры, поднятые со шхуны, затонувшей в 1786 году.

S: В работе журналиста самая сложная часть - с чего-то начать. Что самое сложное для Вас?

- Сложнее всего расставаться с мебелью: так много времени уходит на ее создание. Мы даже сами доставляем ее в дом заказчика. Она очень дорогая и должна быть абсолютно безупречной. Мы отвечаем за нее до последнего.

S: Мебель для яхт как-то отличается от мебели, сделанной для бизнес-джета, например?

- В первом случае необходимо учитывать вибрацию. Кроме того, нужно избегать острых углов: во время качки они опасны. Проще всего делать мебель для особняков, поскольку в этом случае мы не ограничены ничем. Например, в рамках одного из последних проектов мы сделали потрясающую вещь: конструкцию, которая поднимается вверх на три этажа. На первом этаже это барная стойка, на втором - офисный стол, на третьем - обеденный.

S: Сегодняшняя экономическая ситуация как-то способна повлиять на Ваш бизнес?

- Роскошь - такая штука, что ты не можешь повернуть назад. Ты покупаешь одну машину, меняешь ее на другую, покупаешь следующую. И каждый раз она будет все дороже. Мало кто находит в себе силы остановиться. Я не предвижу падение спроса на bespoke - вещи, сделанные в единственном экземпляре. Мы не VERSACE, мы не FERRARI. Мы не на виду.

S: Какие автомобили Вам нравятся?

 - Lamborghini очень кричащая, для Ferrari я слишком стар. Кстати, почему нет синих Ferrari? Будь у меня водитель, я бы выбрал Rolls-Royce. А так - Bentley.